Русский English
Loading...
Мы соц сетях

«Сколько всего ценного я здесь узнала о подростках!»

«Я, конечно, не Жан Ванье, но тоже хочу сказать. Никогда не думала, что общение с подростком-детдомовцем может быть таким творческим, а главное — позитивным»

«Сколько всего хорошего я узнала о себе! Оказалось, в свои 25 лет я — взрослая, умная, много чего знающая, умеющая и очень полезная. А мой 16-летний Костя — решительный и мужественный, и часто, несмотря на отсутствие навыка самоанализа, — взрослей меня. Мне главное это не пропускать и уважать».

О необычном пока у нас опыте наставника подростка в детдоме – не родителя, не «мамочки» рассказывает Марфа (все имена изменены), участница программы фонда «Арифметика добра».

Взаимовыгодные отношения

Я волонтерила в фонде «Арифметика добра» по выходным. На первое занятие для наставников попала случайно – думала, просто такое занятие для волонтёров.

Когда я услышала о наставничестве, испугалась: «Что я знаю-то в свои 25? Чему могу научить?

И вообще у меня работа, друзья, семья, мне некогда!» Но общие занятия с детьми были в воскресение по утрам и всего по два часа. И я поехала.

Помню, я жутко боялась: а вдруг что-то не так скажу, неправильно отреагирую, подам не тот пример. Но так было ровно до тех пор, пока я не поговорила, в качестве потенциального наставника, с ребятами.

Когда разговор начался, стало понятно – это просто подростки. Да, со своей детдомовской спецификой, но ведь не инопланетяне! Мы общались так, будто в воскресение я гуляла с друзьями. Те страхи, которые я рисовала в голове, не оправдались.

Оказалось, я много чего умею. Я увидела в самой себе то взрослое, ценное и доброе, о чем раньше как-то и не подозревала. Получилось, что наставничество укрепило мою веру в себя.

Экзюпери в цирке

С Костей я познакомилась на общих занятиях, ему тогда было 17 лет. Мы часто работали в паре. Может быть, психолог подталкивала нас друг к другу, но, по-моему, всё произошло само собой. Однажды Костя спросил: «Ты хочешь быть моим наставником?» И я согласилась.

Костя для меня – младший друг. Я никогда не воспринимала его как ребёнка, которого надо защищать и опекать. Да, в каких-то ситуациях он может вести себя как ребёнок, но я всегда подчёркивала – он – взрослый, а я – старше.

Первое место, куда мы пошли, была цирковая постановка «Маленького принца». Мне очень нравится книжка Сент-Экзюпери, и я думала, что мы будем обсуждать всякие темы например, про дружбу.

При этом я знала, что нравится Косте, и выбрала цирковой формат, где было много света и шума. В итоге к концу спектакля я скучала, а он был в восторге. Из Сент-Экзюпери он не запомнил, по-моему, ничего. Я подумала было, вот неудачная идея – раз Экзюпери «прошел» мимо. А потом поняла: парень-то доволен.

В любом случае это опыт совместного выхода – вот это и есть главное, а не «пьеса». Он присматривается ко мне, я к нему, мы обмениваемся чувствами, реакциями, видим общее, или разницу.

И постепенно, в самых разных с Костей «выходах» — в Пушкинский, в кино, в планетарий, я видела, как мы становимся командой.

Не звонить в семь утра и каждые 15 минут до встречи

Не скажу, что при встречах со мной Костя показывал себя с лучшей стороны. Ну, разве что в первый мой приезд в детский дом он надел костюм и был торжественный. А дальше пошли будни.

Однажды в кафе он натянул пиджак на голову и так сидел. Я это восприняла как попытку привлечь внимание не только моё, но и всех. И потому спокойно сидела рядом, не шикала, не призывала снять с головы «дурацкий пиджак» и пр. А когда он сел нормально, спокойно объяснила, что так не делают.

Костя прямолинейный, говорит, что думает. Однажды заявил: «Мне кажется, тебе надо похудеть». Ну, я объяснила — что это моё личное дело. 

Однажды он позвонил мне в семь утра, в воскресенье. Напомнил, что мы сегодня встречаемся. Пришлось объяснить, что так рано мне звонить не стоит и напоминать о договорённостях – тоже.

Потом мы выяснили, что не стоит подгонять меня перед встречей — звонить каждые 15 минут и спрашивать: «Где ты?». Не стоит приезжать за час до назначенного времени, как он пытался: если договорились «в двенадцать», это в двенадцать, а не в одиннадцать. Я понимаю, что так проявляется его тревога: а вдруг я не приду? забуду? в конце концов, брошу его?

К счастью, мой характер позволяет мне на разные ситуации реагировать спокойно.

Я всё время помню о том, что я — взрослый, моя задача объяснить и подсказать, а не ругать и злиться.

Такого, чтобы совсем опускались руки, не было, в сложных случаях я всегда могу проконсультироваться у психологов фонда.

Конечно, ситуации, когда Костя не слышит меня или не хочет слышать, бывают до сих пор. Приходится объяснять заново, объяснять много раз, разными словами.

Это, кстати, очень помогает и в отношениях с друзьями. Учит «здоровой конфликтологии»: не рвать отношения каждый раз, когда в чём-то не согласны, а научиться  аргументировать свое мнение. Иногда это приходится делать жёстко.

«Заплати за меня и моего друга»

Поначалу Костя пытался «прощупать границы»: «Заплати за меня или за моего друга!» — «Знаешь, я, конечно, могу тебя по-дружески угостить, но это – не постоянный источник дохода. В мире взрослых людей каждый платит за себя сам». «Пригласи меня к себе в гости!» — «Знаешь, я не люблю принимать друзей на своей территории, это моё пространство, и это касается всех».

«Я хочу поехать с тобой в отпуск!» — «Ты, конечно, можешь сделать это своей мечтой. Но тогда устройся на работу и копи деньги, можем когда-нибудь попутешествовать вместе, но платить за себя ты будешь сам». После этого тема отпуска больше не всплывала.

Ещё пришлось объяснять, что решения нельзя принимать по принципу «мне так хочется». Однажды за 15 минут до моего выхода на встречу Костя позвонил: «Я сегодня не приду!» — «Ок, тогда сегодня не встречаемся, но в следующий раз, пожалуйста, соблюдай уговоры. Потому что для того, чтобы встретиться с тобой я отложила свои вот такие и такие дела».

Проходит минут 30 – звонок: «Давай всё-таки встретимся!» — «Нет, извини, у меня за это время уже появились другие планы. До встречи в следующие выходные».

Однажды мы гуляли втроём – Костя, я и мой знакомый. Потом, смотрю, группа в чате на нас троих называется «я, мама и папа». Пришлось попросить Костю переименовать группу.

Когда наставник не знает, что ответить

То, что Костя мне доверяет, я поняла через несколько месяцев нашего общения. Тогда он стал рассказывать какие-то секреты – например, когда сделал что-то нехорошее. В ответ я очень осторожно говорила: «Но подумай, какой вред ты мог этим нанести». Ещё рассказывал о своих переживаниях.

Однажды рассказал о семье, которая его оставила. Прямо во время прогулки по городу. Он не просил давать оценки, просто рассказывал, и я не комментировала, просто слушала.

Иногда Костя теперь заговаривает о каких-то своих планах на будущее, пускай не очень реалистичных. И это тоже доверие.

Однажды, только я сошла с самолёта, раздаётся звонок: «Я хочу бросить колледж! Я решил!» На какой-то миг я растерялась, просто потому, что не ожидала такого услышать. В тот раз я взяла небольшой тайм-аут подумать, что тут можно сказать.

Я перезвонила в тот же день и стала выяснять, что случилось. Оказалось, банальная ссора с преподавателем. Тогда я вспомнила несколько случаев, когда в школе, в университете или на работе кто-то на меня реагировал ярко или агрессивно. Если бы каждый раз после этого я всё бросала, сейчас была бы никем.

Это был долгий разговор, диалог часа на полтора. Но в итоге мы решили, что каждый раз бросать всё из-за конфликтов с кем-то не стоит.

Как посчитать взрослость?

Общение с Костей дало мне ощущение, что я могу кому-то помочь – не материально, просто разговором или обучить каким-то бытовым вещам. Когда ты можешь что-то дать, это — счастье.

Общаясь с Костей, я училась быть пунктуальной. Теперь у меня не было варианта опоздать на полчаса, как за мной это водилось раньше.

Пунктуальность, тактичность, более осознанный подход к решению проблем – появились благодаря Косте. Теперь мне каждый раз приходилось объяснять, почему «нет», и в итоге я лучше узнала себя.

Надеюсь, что и я полезна Косте. Мы встретились незадолго до того, когда он перешёл из детского дома в интернат. Честно говоря, мне даже сложно представить такое – пятнадцать лет ты жил в одном месте среди одних людей – и вдруг тебя переводят куда-то в другое и незнакомое! Я старалась его поддержать, пока у него не появились друзья на новом месте. В итоге общение у него не прерывалось, он не был один.

А иногда на наших встречах я просто просила его читать вслух. С чтением у него были проблемы, и Костя неохотно соглашался, но читал. Не уверена, что он тут сильно продвинулся, но хоть попрактиковался, и я радуюсь.

Вообще Костя — это человек, который время от времени попадает в «истории». Иногда он виноват в них сам, иногда это дело случая, иногда его обижали за то, что он не такой, как все остальные.

Но меня всегда поражало, что пережив столько тяжкого по отношению к себе, столкнувшись с таким количеством равнодушия и порой агрессии, он всё равно оставался добродушным, заботливым и незлопамятным.

Не свалиться в «мамочку», отчитывающую непутёвого сына, мне всегда помогала одна вещь: «Не забывай, — говорила я себе, — перед тобой человек, чей жизненный опыт, может быть, больше, чем твой.

Возможно, он не всё осознаёт или может рассказать, у него нет навыка самоанализа. Но это – взрослый человек со своими мыслями и мечтами. И его надо уважать».